На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко
   
» Глава I - 2
» Глава II - 2 - 3 - 4
» Глава III - 2 - 3
» Глава IV - 2
» Глава V - 2
» Глава VI - 2 - 3
» Глава VII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава VIII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава IX - 2 - 3 - 4
» Глава X - 2
» Глава XI - 2 - 3 - 4
» Глава XII - 2 - 3
» Глава XIII
» Глава XIV - 2 - 3 - 4
» Глава XV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава XVI - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7
» Глава XVII - 2 - 3 - 4
» Глава XVIII - 2
» Глава XIX - 2
» Глава XX - 2 - 3 - 4
» Глава XXI - 2 - 3
» Глава XXII - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава XXIII - 2 - 3 - 4
» Глава XXIV - 2 - 3
» Глава XXV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8
» Глава XXVI - 2 - 3 - 5
Нестеров   

Ирина Никонова о Михаиле Нестерове

Глава пятнадцатая

Выставка Нестерова вызвала большие отклики. О ней писали «Новое время» и «Московские ведомости», «Весы» и «Золотое руно», «Русская мысль» и «Русское слово». Весьма любопытно, что интерес возник не сразу, он нарастал постепенно. Видимо, этот интерес и определил внимание коллекционеров. По прошествии полутора месяцев с момента открытия выставки в Петербурге из восьмидесяти четырех выставленных вещей оставались непроданными только шесть. Был ли доволен Нестеров успехом? И да и нет. Внимание публики, коллекционеров, прессы явно ему импонировало. Но вместе с тем он с нескрываемой иронией пишет, что «Московские ведомости» посвятили фельетон черносотенных похвал» и что «черносотенцы читают о «Святой Руси» рефераты». «Московские ведомости» с 1905 года становятся на сторону черносотенцев. Во главе газеты в то время оказался В.А.Грингмут, один из столпов и руководителей московского «Союза русского народа», возникшего в октябре 1905 года. Лозунг «православие, самодержавие, народность» снова обрел популярность в определенных кругах и в «Московских ведомостях», хотя официально они и не были органом «союзников» (у тех были другие газеты с весьма красноречивыми названиями: «Русское знамя», «Объединение», позднее «Гроза»), однако черносотенный дух там процветал.

Выставка картин Нестерова и особенно его «Святая Русь» были встречены с одобрением и нововременцами. Ей посвятили статьи присяжные критики этой газеты - Е.Погожев, М.Иванов, Ю.Беляев, М.Меньшиков, Н.Кравченко, усмотревшие в произведениях Нестерова идеи, способные спасти Россию от социальных перемен, от надвигающейся новой революции. Но Нестерова интересовала так называемая серьезная критика. Он пишет Турыгину, что «Русское слово» поместило большую статью о выставке и довольно недурную. В газете «Русское слово» от 15 февраля 1907 года под псевдонимом «В.Варварин» была опубликована статья В.В.Розанова «Где же религия молодости?». В этой статье известный критик и публицист, отнюдь не склонный к прогрессивным воззрениям, писал: «Да, для старца и в пустыне - молитва хороша. Полна и удовлетворительна. Но вот в городе, в каменном дому, где понапихано жильцов всяких сортов, и в одной семье скарлатина, в другой - неуплаченный в лавочку долг, в третьей - дети ленивы и не учатся - что скажет каждому эта молитва?! Чему тут поможет «терпение» и «неосуждение брата моего» и «зрение моего прегрешения?» Просто это не связывается, никак не связывается с тем, что есть. Молитва эта созерцательная, пустынная, а не житейская. И с действительностью в городах, в селах, на жнивье, на фабрике, при рубке леса, в работах на железной дороге - с этою горько-сладкою действительностью она - не смешивается, не сливается, как масло с водою». Розанов напечатал еще две статьи о выставке Нестерова, одну из них несколько раньше, в январском номере «Нового времени», другую - во втором номере журнала «Золотое руно» за 1907 год. Розанов считал, что картины Нестерова не имеют отношения к современности. В своей статье «Молящаяся Русь», опубликованной в «Новом времени», он писал: «Теперь, когда старая Русь так ломается, стоя перед неведомым грядущим, отойдя от старых богов, - может быть, особенно поучительно взглянуть на выставку картин М.В.Нестерова... Здесь полное отсутствие тем новых, сюжетов современных. Ничто не говорит нам о городе, об интеллигенции. Это - Русь до университета, пожалуй - до Петра Великого, хотя много нарисовано художником с натуры. Но все зарисованное взято с таких кусочков русской действительности, куда не проникало ни влияние университета, ни даже вообще гражданские преобразования за последние 200 лет иначе, как в виде слуха. Это Русь - монастырская, церковная, сельская. Реденький лесок, чистое поле, пустынный берег реки... И везде - богомольцы, множество богомольцев... Много монахов. Почему-то нигде священника. Монах и крестьянин - этим исчерпывается священная религиозная Русь, которой г. Нестеров явился великим живописцем».

В статье, опубликованной в журнале «Золотое руно», Розанов писал, что Нестеров изображает прежде всего «душевную боль как источник религии и религиозности». И это замечание весьма любопытно.
Художник очень ценил мнение о себе Розанова, впоследствии неоднократно встречался с ним, вел беседы, спорил. В мае 1907 года Нестеров писал ему: «Вы правы, в природе моей, как и у множества и множества русских людей, живет страсть плыть «против течения», и, к сожалению, мне, как художнику, как свидетелю и наблюдателю явлений, бурно несущихся передо мною, больше бы пристало сидеть на берегу, занося спокойно, вдумчиво явления эти в свой альбом... А я, побуждаемый какой-то властью, но без достаточной силы, надрываюсь в борьбе с этим проклятым течением. И мысленно теоретически иногда готов (хотя бы как католик) «поднять факел и зажечь город». Ибо «город» этот иногда мне представляется достойным страшной участи Содома.
Последнее время я переживаю отданье своей выставки...».

Малоприятными для Нестерова были отзывы и Максимилиана Волошина в «Весах», и Игоря Грабаря, и Павла Муратова. Все они отдавали дань значительности Нестерова, серьезности его таланта и тем не менее не могли скрыть своего разочарования неубедительностью образов, неорганичностью его искусства современности, явно наводящей на мысль, как писал И.Грабарь, что «времена Беата-Анджелико и Андрея Рублева миновали безвозвратно». Критика заставила Нестерова задуматься, но отнюдь не изменить свою позицию. Он упорно стремится к продолжению работы над своими прежними замыслами, по-прежнему, по его мнению, шел «против течения». Но так ли было это?
Замысел «Христиан» овладевал им все больше и больше. В мае 1907 года он опять едет на Волгу писать этюды, потом в Уфу. У него возникает желание увидеть Урал. Нестеров доезжает до станции Миасс, расположенной уже на границе Европы с Азией, в 45 км от Уральского хребта. По дороге он пишет этюды. «Дивная природа Урала восхитила меня, - писал он Л.В.Средину уже в августе 1907 года, - столько в ней чего-то близкого моей великорусской душе! Неисчерпаемый источник этот Урал для русских пейзажистов, и жаль, что даже Ап.Васнецову не удалось подметить всей прелести, своеобразия и драматизма Урала».


далее »

Из воспоминаний Нестерова: "И мы инстинктом поняли, что можно ждать, чего желать и что получить от Перова, и за малым исключением мирились с этим, питаясь обильно лучшими дарами своего учителя... И он дары эти буквально расточал нам, отдавал нам свою великую душу, свой огромный житейский опыт наблюдателя жизни, ее горечей, страстей и уродливостей. Все, кто знал Перова, не могли быть к нему безразличными. Его надо было любить или не любить. И я его полюбил страстной, хотя и мучительной любовью... Перов вообще умел влиять на учеников. Все средства, им обычно употребляемые, были жизненны, действовали неотразимо, запечатлевались надолго. При нем ни натурщик, ни мы почти никогда не чувствовали усталости. Не тем, так другим он умел держать нас в повышенном настроении."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100