На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко
   
» Глава I - 2
» Глава II - 2 - 3 - 4
» Глава III - 2 - 3
» Глава IV - 2
» Глава V - 2
» Глава VI - 2 - 3
» Глава VII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава VIII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава IX - 2 - 3 - 4
» Глава X - 2
» Глава XI - 2 - 3 - 4
» Глава XII - 2 - 3
» Глава XIII
» Глава XIV - 2 - 3 - 4
» Глава XV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава XVI - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7
» Глава XVII - 2 - 3 - 4
» Глава XVIII - 2
» Глава XIX - 2
» Глава XX - 2 - 3 - 4
» Глава XXI - 2 - 3
» Глава XXII - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава XXIII - 2 - 3 - 4
» Глава XXIV - 2 - 3
» Глава XXV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8
» Глава XXVI - 2 - 3 - 4
Нестеров   

Ирина Никонова о Михаиле Нестерове

Глава одиннадцатая

Многие, приезжая в Ялту, находят здесь у этого больного объяснения, и очень ясные, вопросам для себя запутанным. Здесь в мае 1900 года Нестеров впервые познакомился с А.М.Горьким. Встреча не была случайностью. Нестеров очень хотел этого, предпринимая поездку в Ялту, и, когда он увидел писателя, ему, художнику, прежде всего бросилось в глаза выражение мягкости и доброты в лице Горького. «Мы почти сошлись сразу,- писал Нестеров Турыгину 18 мая 1900 года из местечка Горячий Ключ (близ нынешнего Краснодара), где гостил у приятеля,- он оказался моим большим почитателем, и это самое почти всегда упрощает первое знакомство, поселяя доверие и симпатии, тем более, что я очень люблю талант Горького и жду от него много впереди, как жду от Малявина и Шаляпина, этих трех мужиков, выдвинувшихся так ярко и быстро. Горький умный, тонко развитый, простой и наблюдательный человек (хотя образования он и не получал)». Нестерова подкупила доброта Горького к детям и отношение детей к нему, ни с кем так охотно не ходивших в горы. Между писателем и художником установились простые и искренние отношения, встречаясь, они говорили о том, что их волновало, и, хотя не во всем соглашались, не все понимали и чувствовали одинаково, но в том, что «считали важным, значительным, сходились».

Нестерова радовал успех Горького среди читателей, он с удовольствием сообщал Л.В.Средину, что в киевской библиотеке Идзиковского, самой большой библиотеке города, сочинения писателя спрашивают до пятидесяти раз в день и книги его переходят из рук в руки. Весной 1901 года была опубликована повесть М.Горького «Трое», и Нестеров тут же пишет Турыгину: «Читал ли ты Горького «Трое»? Прочти, размашисто, шельмец, пишет - ярко! хотя, быть может, несколько и грубо. Меня занимают всякие «критики» на него. Я думаю, что эти господа со злости лопаются, говоря о «подноготной», а о таланте-то и забывают! А у нашего брата талант-то ведь все и есть, и он все победит, и скверных писак этих «Кравченок и К0» победит, не возвеличив их...». Имена Н.И.Кравченко, В.П.Буренина, М.О.Меньшикова, писавших в реакционном «Новом времени», были нарицательным л для Нестерова, как и для многих. Художника очень интересовала личность А.М.Горького, значение его для русской жизни, русской культуры. «В Уфе думаю встретиться с Горьким, - писал он Турыгину из Хотькова, где летом 1901 года усердно работал над этюдами для своей будущей картины «Святая Русь». - Знаешь ли, он сидел в «одиночном» за петербургские беспорядки и только недавно больным выпущен и едет в Уфимскую губернию на кумыс. Там и Чехов с молодой женой, там же, кажется, будет и мой ялтинский приятель - доктор Л.В.Средин. Все народ любопытный и повидаться с ними после моих монастырей (Нестеров жил в Хотьковском монастыре и собирался в Соловки) и одиночного душевного заключения будет приятно».

Но Горький в Уфу не поехал, и Нестеров на обратном пути из Соловецкого монастыря в конце июля 1901 года приезжает в Нижний Новгород. В то время художника не покидала мысль сделать Горького одним из действующих лиц задуманной картины «Святая Русь». Нестеров провел у писателя «два приятных дня», сделал с него этюд, тот, что хранится сейчас в музее А.М.Горького в Москве. Писал он его в саду, примыкавшем к большому многооконному дому, где в то время жила семья писателя. У Алексея Максимовича всегда бывало много народу. Нестеров беседовал с ним на разные темы, преимущественно об искусстве. Находил, что пребывание в Нижегородской тюрьме не отразилось на нем угнетающе. Горький показался ему здоровым и веселым, полным энергии и планов на будущее. «Много, много было затронуто милых и любезных русскому человеку тем. Тут и Толстой, и Шаляпин, и Горький, и Васнецов с Нестеровым не были забыты. Говорилось в упор, без ломанья и обходов», - писал Нестеров Турыгину 25 июля 1901 года из Нижнего. Этюд, написанный с Горького, небольшой - 29,5X21,5, но сходство передано весьма удачно. Нестеров изобразил Горького в его обычной косоворотке, погруженным в размышления. Художник пытался передать в этом погрудном портрете то существенное «выражение мягкости и доброты», поразившее его еще при первой встрече с Горьким, которое, по его словам, ускользнуло у Репина, написавшего в 1899 году портрет писателя. Этюд был удачен и, по словам близких, «похож необыкновенно». «Такой он и был тогда»,- говорила впоследствии Е.П.Пешкова. Может быть, в этом помогла художнику не только его прозорливость. В Нижнем Горький много рассказывал Нестерову о себе, о творческих сложностях, о том, что нужное «слово» порой приходит неожиданно, после длительных и кажущихся иногда безуспешными поисков.

В ноябре 1901 года, когда Нестеров был в Киеве, Горький прислал ему все свои сочинения «с очень милой надписью». Художник не остался в долгу. Он посылает Л.В.Средину два этюда, один из которых просит принять на память самого Средина, а другой передать Горькому. Тогда же он пишет Горькому, что по получении его сочинений многое перечитал заново, и добавляет: «Какое широкое, как песня, изображение природы, сколько страсти, удали, вместе с тем глубокой, задушевной тоски-печали души человеческой. Какая во всем поэтическая правда...».


далее »

"В картинах Нестерова нет случайностей, все подчинено смыслу, идее. И совсем не случаен тот элемент, который заметил я после многих-многих знакомств с «Видением отроку Варфоломею». Тихий пейзаж без четкой перспективы, мягкие полутона приближающейся осени, придающие всему своеобычную умиротворенность, спокойствие, и только единственное живое существо - подросток - стоит, окаменев от увиденного. Лицо отрока, как и сама природа, в великом спокойствии, но чувствуется за этим покоем мятущийся дух подростка, ненайденность им пути своего к святости, чистоте и добру остро сквозит в сознании отрока Варфоломея. И вот я обнаруживаю для себя новую линию в картине, как второй план в художественной литературе. Рядом с подростком тихая беззащитная елочка, ее зеленый трезубец вершинки не готов еще к будущим бурям, к открытой борьбе за существование, она скромно прячется в увядающей траве и как бы с боязнью озирается окрест, где живет, дышит, движется большой, не осознанный ею сложный мир. За плечами отрока стоит молоденькая, голенастая, тоже не окрепшая березонька, всего несколько зеленых веточек обрамляют ее ствол. Все это - олицетворение молодости, беззащитности, неистребимой тяги к будущему, интересному, неведомому."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100