На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко
   
» Глава I - 2
» Глава II - 2 - 3 - 4
» Глава III - 2 - 3
» Глава IV - 2
» Глава V - 2
» Глава VI - 2 - 3
» Глава VII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава VIII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава IX - 2 - 3 - 4
» Глава X - 2
» Глава XI - 2 - 3 - 4
» Глава XII - 2 - 3
» Глава XIII
» Глава XIV - 2 - 3 - 4
» Глава XV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава XVI - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7
» Глава XVII - 2 - 3 - 4
» Глава XVIII - 2
» Глава XIX - 2
» Глава XX - 2 - 3 - 4
» Глава XXI - 2 - 3
» Глава XXII - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава XXIII - 2 - 3 - 4
» Глава XXIV - 2 - 3
» Глава XXV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8
» Глава XXVI - 2 - 3 - 4
Нестеров   

Ирина Никонова о Михаиле Нестерове

Глава одиннадцатая

Период 1899-1904 годов - время, когда Нестеров работал в Абастумане,- был весьма многоликим для него, и не только по разнообразию деятельности, но и по событиям, происходящим в то время в жизни. Нестеров сближается в те годы со многими крупными людьми, постоянно ездит по России. Ему приходится часто пересекать всю страну с севера на юг и с юга на север. Его прежний маршрут - Киев, Москва, Петербург, Подмосковье, Уфа - расширяется, так же как и круг его интересов. Нестеров любил жизнь во всех ее проявлениях и постоянно призывал своего друга Турыгина понять «жизнь, ее движение с ее ошибками, успехами и превращениями». В письме от 6 октября 1899 года, осуждая Турыгина за его неумение видеть новое, за его склонность к умозрительным выводам и склонность к авторитетам, он писал: «Жизнь мчится мимо тебя, а ты уткнул нос в книжку и ждешь, чтобы она тебе ответила, ты в книжке найдешь выводы прошлого, настоящее же надо видеть самому, быть наблюдателем, участником, а не антикварием пережитых чувств, пережитых явлений жизни». Нестеров обладал чувством нового, умел всего себя отдавать восхищению подлинными ценностями, которые он встречал в своей жизни. Он всегда умел очень точно понять, оценить и передать другим свое восхищение. В его письмах тех лет и воспоминаниях, написанных позднее, много строк посвящено Ф.И.Шаляпину, с которым художник встречался в те годы.

Нестеров впервые увидел Шаляпина в «Псковитянке» Н.А.Римского-Корсакова на сцене Мамонтовской частной оперы, вскоре после премьеры, состоявшейся 12 декабря 1896 года. Впечатление было настолько сильным и так врезалось в память, что спустя более тридцати лет художник в своих воспоминаниях передает с исключительной зрительной очевидностью все грани образа Ивана Грозного, созданного Шаляпиным. Для Нестерова Шаляпин являлся воплощением народности в искусстве. В октябре 1899 года художник писал Турыгину: «Ты мне описываешь «Тангейзера» и говоришь, что любишь Вагнера! Это хорошо, потому что и Вагнер, и его «Тангейзер» талантливы, а вот скажи мне, знаешь ли ты и задумался ли (если знаешь) над музыкальным, художественно-народным (таким, что так много в поэзии Пушкина) «Борисом Годуновым» Мусоргского? Пожелал ли ты узнать скрытую в этом непопулярном у нас создании красоту духа человеческого, да еще и нам близкого... В «Борисе Годунове» поет бас Шаляпин, некультурный, но гениальный русский мужик (нам с тобой сродни), и вот когда этот простой парень наденет царский кафтан, да выйдет на сцену, да запоет хорошим, простым голосом, то перед твоим духовным взором вырастет и народ русский, и его владыка-царь, и поймешь ты, что есть «нечто» и побольше да и подороже для людей, чем немецкая культура. Почувствуешь и смысл, и радость, и горе всего мимо нас идущего, познаешь и бога, и народ свой, и себя в нем!!»
Нестеров ценил в Шаляпине то, что ему самому было так близко в искусстве, - умение передать «душу» человеческую, «драму души нашей». В январе 1902 года, приехав в Москву, Нестеров был в Большом театре и в антрактах «Бориса Годунова» просиживал в уборной Шаляпина и видел, как этот гениальный художник работает, гримируется, готовится к выходу на сцену. Видимо, тогда певец подарил ему фотографию в роли опричника Вяземского «от искреннего сердца с любовью». В то время Нестеров сблизился с Шаляпиным и в день его 29-летия «пировал у него среди любопытных московских людей». В марте 1902 года Шаляпин гастролировал в Киеве. «Здесь у нас две недели, как все бредят Шаляпиным,- писал он Турыгину. - Этот действительно гениальный артист совсем тут свел всех с ума. На шесть гастролей (он берет за вечер 1200 р.) билеты были расхватаны в продолжение суток (с вечера 12 час. и до другого дня ночи 2 часов стояла, говорят, перед театром толпа в несколько тысяч). «А он, мятежный, ищет бури!» Пьян, говорят, ежедневно, в зале Гранд-Отеля... свистит Соловьем-разбойником, скандалит в трактире какого-то Лаврушина!

И на другой день возвышается до глубочайшей трагедии зла в Мефистофеле, до эпоса Сусанина, заставляет бледнеть, плакать, делает то, что способны делать величайшие гении мира. Вот воистину «русский гений». Гастроли Шаляпина в Киеве были шумными. «Пост у меня, - писал Нестеров Турыгину,- прошел по-скоромному». Восхищение даром великого артиста преобладало у Нестерова над житейскими пересудами. С ним художник связывал свои представления не только о творческих возможностях русского народа - он как бы видел воплощенной в образах, созданных Шаляпиным, всю сложность судьбы человеческой, исторической судьбы народа, судеб мира, воплощение вечных начал жизни. Шаляпин был для него не только конкретным человеком, перед гением которого он склонялся,- он был целым понятием. Недаром Нестеров делил людей, которых изобразил, либо желал изобразить (он думал тогда об образах Достоевского, Горького) в своей программной картине «Святая Русь», на «Шаляпиных» и «не Шаляпиных». Шаляпин отвечал Нестерову вниманием и уважением. В 1902 году, когда художник вчерне закончил «Святую Русь» и показывал ее знакомым, видел картину и Федор Иванович Шаляпин, весьма ее одобривший. Нестеров постоянно следил за все более и более крепнущим дарованием артиста, радовался его успехам за рубежом. Весной 1901 года Шаляпин выступал в миланском театре «La Scala». Успех был огромен.


далее »

Из воспоминаний Нестерова: "И мы инстинктом поняли, что можно ждать, чего желать и что получить от Перова, и за малым исключением мирились с этим, питаясь обильно лучшими дарами своего учителя... И он дары эти буквально расточал нам, отдавал нам свою великую душу, свой огромный житейский опыт наблюдателя жизни, ее горечей, страстей и уродливостей. Все, кто знал Перова, не могли быть к нему безразличными. Его надо было любить или не любить. И я его полюбил страстной, хотя и мучительной любовью... Перов вообще умел влиять на учеников. Все средства, им обычно употребляемые, были жизненны, действовали неотразимо, запечатлевались надолго. При нем ни натурщик, ни мы почти никогда не чувствовали усталости. Не тем, так другим он умел держать нас в повышенном настроении."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100