На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко
   
» Глава I - 2
» Глава II - 2 - 3 - 4
» Глава III - 2 - 3
» Глава IV - 2
» Глава V - 2
» Глава VI - 2 - 3
» Глава VII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава VIII - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава IX - 2 - 3 - 4
» Глава X - 2
» Глава XI - 2 - 3 - 4
» Глава XII - 2 - 3
» Глава XIII
» Глава XIV - 2 - 3 - 4
» Глава XV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
» Глава XVI - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7
» Глава XVII - 2 - 3 - 4
» Глава XVIII - 2
» Глава XIX - 2
» Глава XX - 2 - 3 - 4
» Глава XXI - 2 - 3
» Глава XXII - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава XXIII - 2 - 3 - 4
» Глава XXIV - 2 - 3
» Глава XXV - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8
» Глава XXVI - 2 - 3 - 4
Нестеров   

Ирина Никонова о Михаиле Нестерове

Глава четвертая

Эстетическое утверждение ухода человека от мирской суеты делало «Пустынника» во многом новым явлением, чуждым пафоса общественной борьбы, чуждым отражения жизни во всей глубине ее социальных противоречий, свойственных лучшим произведениям передвижников, к которым был столь близок в своих ранних работах ученик Перова. И все же, несмотря на глубокие идейные различия, нельзя сказать, что метод художника противоположен методу передвижников. Поэтическая идеализация монашеской жизни еще не означала отказа от изображения реального жизненного факта - он все еще остается бытописателем. Образ, созданный Нестеровым, лишен портретности (хотя для этюда к картине позировал один из монахов, встреченный художником около Сергиева посада). В Русском музее хранится этюд к «Пустыннику» - «Отец Геннадий». В нем совершенно отсутствуют мягкость и благорасположенность, столь свойственные образу в окончательном варианте, а, скорее, ощущается какая-то подавленная углубленность в свои мысли. Во имя своей идеи художник изменяет реальный прототип.

Нестерову было двадцать шесть лет, когда был завершен «Пустынник». Для художника - это уже зрелый возраст, и работу его нельзя считать юношеской, хотя для многих она явилась первым знакомством с творчеством молодого мастера. Нестеров к тому времени, может быть, действительно не создал ничего значительного, не было у него и подлинных художественных удач, однако у него был уже немалый жизненный опыт, а следовательно, и опыт художника. К этому времени он испытал многое: одинокое отрочество, годы занятий без истинного призвания, затем поиски признания - то в стенах Московского Училища, то в Петербурге, в Академии художеств, смерть любимого учителя Перова, а вскоре и второго наставника - Крамского, незадолго до того рождение дочери и смерть любимой жены - радость рождения новой жизни и горе потерь - именно та контрастность сочетаний, которая рождает в душе человека подлинную жизненную стойкость. У Нестерова был накоплен к моменту создания «Пустынника» и определенный опыт художника - жанриста, портретиста, исторического живописца, иллюстратора. Каждый год молодой художник совершал большие путешествия почти через всю европейскую часть России - сначала от Москвы до Уфы, потом от Петербурга до Уфы. Это давало определенный запас жизненных впечатлений, наблюдений. Для людей, знавших Нестерова, было неожиданностью, когда в «Пустыннике» проявился талант пейзажиста, и не просто пейзажиста, а глубоко проникновенного, истинного поэта русской природы. Пожалуй, в живописи передвижников не встречалось еще картины, где природа была бы так поэтически неразрывно слита с настроением изображаемого человека, гармонически выражала бы его внутренний строй. В «Пустыннике» нашли свое отражение те стороны натуры Нестерова, которые были неизвестны многим в те годы, а может быть, неведомы и ему самому. «Пустынник» для творчества Нестерова - глубоко принципиальное явление, сконцентрировавшее в себе опыт предыдущих лет. Это было программное произведение, и причины его возникновения следует объяснять не только той внутренней духовной жизнью, которая к тому времени сложилась у Нестерова.

Восьмидесятые годы - время формирования Нестерова как художника - были весьма сложным периодом в развитии русского искусства, в развитии русской общественной мысли, русского общества. Революционная ситуация 1879-1880 годов окончилась трагически. Казнь первомартовцев легла мрачной тенью на весь дальнейший период. В 1881 году на престол вступил Александр III, который, по словам С.Ю.Витте, был человеком «совершенно обыденного ума, пожалуй, можно сказать, ниже среднего ума, ниже средних способностей и ниже среднего образования». Разгром «Народной воли», казни, тюрьмы, ссылки, а затем снова казни уже почти в конце 80-х годов, время жестокого политического гнета Победоносцева - таков абрис первого десятилетия царствования Александра III - «миротворца». В 1883-1884 годах перестают выходить все радикальные и значительная часть либеральных изданий, запрещаются «Отечественные записки», руководимые М.Е.Салтыковым-Щедриным. В 1880 году в журнале «Русский вестник» появляются «Братья Карамазовы» Ф.М.Достоевского. В конце 70-х - начале 80-х годов происходит перелом в творчестве Л.Н.Толстого. В сочинениях 80-х годов - в «Исповеди», «В чем моя вера?», «Что же нам делать?» - Л.Н.Толстой, выступая против существующих общественных и религиозных форм, проповедует смирение, непротивление злу. В те годы получают распространение философские взгляды Владимира Соловьева, поставившего главной своей задачей «оправдать веру наших отцов», проповедовавшего слияние философии с христианским богословием, идеи примирения и всепрощения. Владимир Соловьев призывал к созданию всемирной христианской теократии, видя в ее осуществлении миссию русского народа. Взгляды его пользовались популярностью.

Путь Нестерова к «Пустыннику» был отражением определенных идей, имевших пусть не столь социально главенствующее значение, однако широко распространенных. Противоречивый характер развития России давал множество оснований для метаний, ложных исканий, для идеализации патриархальных основ, и прежде всего связанных с религией. Порой религиозные формы принимали даже самые, казалось бы, революционные течения. Народники 70-х годов в своей пропаганде не только не шли на разоблачение реакционного характера церкви, но и стремились порой использовать религиозную форму с целью, как им казалось, большего сближения с крестьянством. Нестеров избрал путь идеализации религиозности, ухода от жизни с ее социальными противоречиями в мир идиллического общения с природой, которое могло быть достигнуто, как ему казалось, в чистой сфере «внесоциального» бытия. Картина Нестерова «Пустынник» получила широкую известность. Однако пресса заметила ее не сразу. В обзорах XVII Передвижной выставки «Пустынник» упоминается не более пяти раз. В.В.Стасов в своей статье «Наши передвижники нынче», опубликованной в «Северном вестнике», не упоминает ее вовсе. Сейчас весьма удивительно, что одно из характерных явлений русского искусства осталось незамеченным критикой или же вызывало ироническую улыбку. Нестеров не очень был этим огорчен. Признание его дарования представлялось уже очевидным, и на деньги, полученные за «Пустынника», он отправляется в свое первое заграничное путешествие.


далее »

"Михаил Васильевич Нестеров. Один из самых прекрасных, строго-прекрасных русских людей, встреченных мною за всю жизнь… Я думаю - он вполне исторический человек. Одухотворение, несущееся из его картин, никогда не забудется. Он создал "стиль Нестерова", и тот стиль никогда не повторится". (Розанов В.В.)



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100