На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко

Письма Михаила Васильевича Нестерова

   
» Вступление
» Часть первая
» Часть вторая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50
» Часть третья
» Часть четвертая
Михаил Нестеров   

Часть вторая

29 ноября
Один Художественный театр чего стоит!.. Купец Алексеев - Станиславский, вписавший там свое имя четко в историю русского театра. «Юлий Цезарь» в постановке Художественного театра - яркая, смелая картина. Не знаю, я не ученый специалист, которому на роду написано спустя четыреста лет объяснять Шекспиру, что он хотел и как хотел написать то или иное свое произведение, - я простой смертный, да к тому же еще и художник, то есть человек непосредственного чувства, и мне, право, наплевать, что в таком-то году тот или другой мудрец думал о Шекспире и его Юлии Цезаре. Я вижу в трех первых действиях живой Рим, живого Цезаря, рядом с которым все окружающие его кажутся простыми смертными. Вижу гениального Цезаря, свершающего свой славный путь, клонящийся к закату жизни. Чего же мне еще нужно!? Спасибо, большое спасибо тем, кто такие картины и моменты мне в жизни дал возможность видеть, будет ли это Росси или Шаляпин, мейнин-генцы или Дузе. Один Качалов, или вся труппа художественного театра, или только его режиссер и декоратор - не все ли мне равно. В молодом Качалове (прошлогоднем «бароне») Художественный театр имеет восходящее сценическое дарование едва ли не первой величины: ум, разнообразная и яркая способность воплощения и, что особенно ценно, - отсутствие актера-профессионала. Этакого, знаешь, прохвоста, так сказать, Далматова или Аполлонского. Постановка первых трех действий захватывает целиком, без остатка. Есть такие моменты, что переживаешь полностью явления природы со всей ее поэзией, красотой...
Попасть в театр стоит огромного труда: за два, за три дня все билеты проданы.
Хорошую «школу» имеют москвичи в Художественном театре. В Москве узнал о выходе из передвижников семерых товарищей: Остроухова, А.Васнецова, Первухина, Иванова, Степанова, Архипова, Виноградова, - это уже совершившийся факт. Было и мне предложено присоединиться к отважным молодцам сим, но я не вижу еще достаточно к тому причин, ибо не выставляю и нынче нигде и ничего. [...] Серов в мое время был почти безнадежен, я был у него и виделся с женой его и матерью после одного из консилиумов - впечатление было тягостное, теперь, по газетам, ему лучше: на прошлой неделе была сделана операция, и температура спала до нормы. Дай-то бог, чтобы эта беда над русским художеством миновала. [...] Я отдыхал недолго, теперь с увлечением работаю, написал «экран» для себя, пишу образ богоматери и небольшую картину из Соловецких впечатлений. До праздника хочу «побаловаться» - кончить все начатое, в том числе и большую картину, а после рождества за эскизы, которые в конце января или начале февраля привезу к вам в Питер.

1904
267. Л.В.СРЕДИНУ
Киев. 4 января 1904 г.
С Новым годом, с Новым счастьем!!..
Дорогой Леонид Валентинович, очень обрадовали меня своими письмами - добрыми вестями о своем здоровье. Вот уже второй месяц, как я вернулся из своей ссылки, из Абастумана (чтоб ему ни дна, ни покрышки). И на этот раз поездка моя туда, в смысле дела, была удачна, еще приблизила столь желанный конец. Если все будет обстоять благополучно, то через год «об эту пору» можно будет распроститься с Абастуманом окончательно, а затем не торопясь перебираться в Москву, куда меня тянет, как чеховских трех сестер. Устал и душой, и телом, должно быть, грехи одолевают... Так бы, знаете, лег да и лежал бы целый год, ни о чем не думая, а смотрел бы в небо, да на солнце грелся... Здесь, в Киеве, запоем работал - отводил душу на своих затеях, кончил «Святую Русь», написал и еще две картины небольших - одна «Обитель Соловецкая» (белая ночь) - стоят два монаха и «ничего не делают». Другая - «Святое озеро» - тихий вечер, природа как бы засыпает, тихо и на озере, молчат и рыбаки-монахи в своих лодочках. Бог их знает, о чем они думают. Вот видите, какие немудрые темы меня останавливают на старости лет, и я их так люблю, сам отдыхаю вместе с моими простаками-мечтателями. Вы спрашиваете, читал ли я Вл. Соловьева - читал еще тогда, когда вещи эти появились в свет. С философами-позитивистами я по своей природе никогда в большой дружбе но был. Соловьев же более отвечает моему складу, он ближе мне, понятнее. [...]

268. А.А.ТУРЫГИНУ
Киев, 22 января 1904 г.
[...] Теперь несколько слов о «Вишневом саде» и «Демоне» с Шаляпиным. Эти два спектакля были во всяком случае наиболее интересными номерами моего пребывания в Москве, и представь - Чехов в моем представлении художества одержал верх... Потому ли, что я видел его первым, и од отнял у меня всю силу чувства прекрасного, или почему-либо иному, но это так. «Вишневый сад» - это прекрасная, трогательная поэма отживающего старого барства с его безалаберностью, непрактичностью, красивым укладом, с вишневым садом, со старыми слугами-друзьями. Смотришь эту тонкую, благоухающую вещь, и слезы тихие, сладкие незаметно льются по щекам. Как будто и ты сам участвуешь в судьбе этих бестолковых добряков. Пьеса имела успех огромный. Огромный же успех имел и Шаляпин в «Демопе», великолепно звучавший голос, грим и костюм по Врубелю, декорации Кости Коровина, все это привело Москву (была вся Москва, ложи были по 400 р.) в восторг. Но я сильно устал и не мог воспринять всего, что дал этот удивительный художник, настолько устал, что не мог воспользоваться приглашением Ф.И. и поужинать у него после бенефиса в обществе гг. Дорошевичей, Ленек Андреевых, Скитальцев [...] Ну пиши, душа Тряпичкин.


Дальше »

"Если бы ты знал, как народ и всяческая "природа" способны меня насыщать, делают меня смелее в моих художественных поступках. Я на натуре, как с компасом. Отчего бы это так?... Натуралист ли я, или "закваска" такая, или просто я бездарен, но лучше всего, всего уверенней всегда я танцую от печки. И знаешь, когда я отправляюсь от натуры, - я свой труд больше ценю, уважаю и верю в него. Оно как-то крепче, добротней товар выходит." (М.В.Нестеров)



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100