На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко

Письма Михаила Васильевича Нестерова

   
» Вступление
» Часть первая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50
» Часть вторая
» Часть третья
» Часть четвертая
Михаил Нестеров   

Часть первая

52. Е.Г.МАМОНТОВОЙ
Уфа, 28 июня 1890 г.
Глубокоуважаемая Елизавета Григорьевна, пишу Вам это письмо накануне своего отъезда в Пятигорск, окончательным поводом к чему послужила моя болезнь, от которой я только что начал поправляться, во-первых, во-вторых же, - это есть настоятельное желание отца и доктора. Здоровым и довольным выехал я из Абрамцева и сильно хотел сберечь, столь редкое настроение до Уфы, но вышло не так. За Казанью я сильно простудился, старания моих спутников помочь мне не удались, и я уже совсем больной приехал в Уфу. Здесь были приведены в действие всевозможные растирания и вспрыскивания (завет бабушек и дедушек), но дело не клеилось. Пришлось позвать доктора. [...] Правда, во время болезни был у меня один день, когда было мне лучше, я мог думать, и воображение работало сильно, и я случайно напал на счастливую концепцию последующей картины из жизни пр. Сергия. Тема - «Прощание Д.И.Донского с пр. Сергием» была давно мною намечена для серии картин к истории Радонежского чудотворца, но все наброски, какие я делал на эту тему, не были интереснее любой программы. Последняя же мысль, при оригинальности, выдерживает характер стиля и эпохи. Действие происходит вне монастырской ограды, у ворот, все отъезжающие сидят на конях, тут и иноки Пересвет и Ослябя, тут и дядя Донского Владимир Андреевич. Сам же Донской в последний раз просит благословить его. Он на коленях со сложенными молитвенно руками, он весь под впечатлением минуты и сознания значения ее, глаза полны слез и благоговейного почтения. Сергий же сосредоточен, одну руку положил на голову князя, другой благословляет его. Д.И.Донской рисуется в моем воображении, как и большинство князей того времени, удалым, несколько грубым, но добродушным, с натурой, склонной ко всему чудесному, он настроен несколько мистически. Он легко переходит от веселого пира и забав к вратам обители, тут он также искренен, он проливает слезы, кается, как недавно был искренне весел на своей княжой потехе. Удастся ли все это когда-либо привести в исполнение? Пока же мне хотелось все это удержать как мою тайну. [...]

53. Е.Г.МАМОНТОВОЙ
Кисловодск, 24 июля 1890 г.
Глубокоуважаемая Елизавета Григорьевна, искренне благодарен Вам за письмо и те сообщения, какие я нашел в нем о судьбе моих работ. Ваше письмо перенесло меня в Абрамцево, воспоминания о котором вызывают во мне лучшие чувства. Вы спрашиваете меня о впечатлении, произведенном на меня Кавказом... Скажу Вам так: Кавказ я никогда не любил, ехал туда по необходимости, природа его мне чужда, в ней нет (по-моему) той тихой песни севера, которая мне так любезна и понятна у нас... Правда, я не видал «настоящего Кавказа», быть может, тогда пришлось бы мне свои слова взять назад или оговориться. Грандиозное имеет свою неоспоримую красоту, но в Кисловодске, где я и живу теперь, Кавказ еще не носит на себе следов величия и, говорят, не характерен... Кроме того, я попал сюда в невыгодном состоянии духа: я живу на положении больного, в томительном ожидании операции и т.д. При подобном настроении эстетические потребности невольно уступают место тяжелому чувству предстоящей неизвестности. Приехав в Пятигорск, я обратился к земляку доктору с тем, чтобы он дал мне должный совет. Выслушав меня, к моему великому изумлению, оп нашел поездку на Кавказ ненужной, а главное то, что мне необходима вторичная операция, и, чтобы уверить меня в своих словах, предложил отправиться вместе с ним к профессору Е.В.Павлову, который подтвердил вышеуказанное мнение. [...] В Москве я буду в последних числах августа, непременно буду в Абрамцеве, тем более что за последние месяцы много набралось такого, что поговорить и посоветоваться с Вами, Елизавета Григорьевна, есть необходимость. Здесь я часто бываю у Ярошенко. Эта семья, несмотря на разность симпатий, очень хорошая и добрая; в настоящее время у них гостит московская артистка Махина, которая не ленится петь и так часто дает мне возможность хорошо себя чувствовать. В письме, посланном Виктору Михайловичу Васнецову, я описал мое положение подробно и просил его ответить мне: удобно ли ему будет ждать меня месяц, а то и два, да и вообще просил поподробнее о всем, что касается меня в Киеве, так как Прахов еще письма не присылал. Работаю я очень мало - не хочется. [...]

54. В.Г.ЧЕРТКОВУ
Киев, 8 октября 1890 г.
Искренне уважаемый Владимир Григорьевич, извинившись за долговременное мое молчание на Ваше участливое и сердечное письмо, я прошу Вас принять мою благодарность за добрую память обо мне. Что касается «философии» в Вашем письме, то искренность ее для меня несомненна, так же как не сомневаюсь я и в том, что все то, во что Вы веруете, - для Вас есть истина и Вы ей отдаетесь всецело, и если бы Вы возымели желание приобщить меня к тем верованиям, которые Вы исповедуете, то я не имел бы против этого ровно ничего, выслушал бы Вас охотно, предоставив себе лишь право соглашаться, или нет, с Вами, сообразно своему складу мыслей и сердца. По натуре своей я склонен менее подчиняться рассудку, чем сердцу, а потому я не хотел бы с последним входить в разлад. Хорошо это или нет, но пусть будет так... Исполняя основные заповеди Христа и не чураясь добрых советов наших стариков, можно жить в боге и быть недурным человеком. Правда ли?.. В настоящее время я в Киеве, разрабатываю эскизы для собора св. Владимира и кроме того в недалеком будущем начну писать, по эскизам В.М.Васнецова, святителей православной церкви. В этом я вижу, кроме подготовительной школы к стенной живописи, удовольствие быть глаз на глаз с творчеством Васнецова, творчеством безыскусственным, добродушным и ясным, как день божий, способным просветлить и умилить сердце, склонное к порывам жестоким и несправедливым.


Дальше »

Из воспоминаний Нестерова: "И мы инстинктом поняли, что можно ждать, чего желать и что получить от Перова, и за малым исключением мирились с этим, питаясь обильно лучшими дарами своего учителя... И он дары эти буквально расточал нам, отдавал нам свою великую душу, свой огромный житейский опыт наблюдателя жизни, ее горечей, страстей и уродливостей. Все, кто знал Перова, не могли быть к нему безразличными. Его надо было любить или не любить. И я его полюбил страстной, хотя и мучительной любовью... Перов вообще умел влиять на учеников. Все средства, им обычно употребляемые, были жизненны, действовали неотразимо, запечатлевались надолго. При нем ни натурщик, ни мы почти никогда не чувствовали усталости. Не тем, так другим он умел держать нас в повышенном настроении."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100