На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко

Письма Михаила Васильевича Нестерова

   
» Вступление
» Часть первая
» Часть вторая
» Часть третья - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50
» Часть четвертая
Михаил Нестеров   

Часть третья

365. А.А.ТУРЫГИНУ
Москва, 20 марта 1916 г.
[...] Ты желаешь знать о художниках «Мира искусства», о их художестве и его ценности. Ладно: есть художник Берггольц из «кимряков», в этом году он вошел в академическою комиссию по покупке картин в музеи. Комиссия в большинстве оказалась «левая», приобрела этого твоего Кустодиева - «Катанье на масленице» в музей. Берггольц остался при особом мнении, написав в протоколе, что «он призван покупать для музеев картины, а не лубки». Августейший президент Академии постановление комиссии утвердила, а особое мнение «кимряка» было истолковано как мнение человека эксцентричного. Ты человек не «эксцентричный», но, однако, не лишенный черносотенных «начал» - и мне, человеку «прогрессивно мыслящему», надлежит тебя просветить... Попробую... Меня нимало не смущали и не смущают искания не только «Мира искусства», сообщества довольно консервативного, но и «Ослиных хвостов», и даже «Магазина» (новое, наилевейшее общество). Не смущает потому, что «все на потребу»... «Огонь кует булат». Из всего самого негодного, отбросов в свое время и в умелых руках может получиться «доброе». Придет умный, талантливый малый, соберет все ценное, отбросит хлам, кривлянье и проч. и преподнесет нам такое, что мы и не подозревая, что это «такое» состряпано из отбросов, скушаем все с особым удовольствием и похвалой. «Мир искусства» - это одна из лабораторий, кухня, где стряпаются такие блюда. Кустодиев, Яковлев Александр - это те волшебники-повара, которые, каждый по-своему, суммируют достижения других, а сами они, быть может, войдут в еще более вкусные блюда поваров еще более искусных. «Лубок» - это принятый до время язык, иногда даже жаргон более понятный или забавный, чтобы быть выслушанным, понятым. Язык Пушкина - это язык богов, на нем из смертных говорят немногие: Александр Иванов, Микеланджело, Рафаэль... Даже такие таланты, как Суриков, прибегали, чтобы поняли их «смертные», - к народному говору - жаргону. Так что ты со своими Вейсами и кимряками был недалеко от «правдочки». И да не смущается твое сердце. Под луной не произошло ничего нового, а жить всякому охота, - и Вейсу, и кимряку, а придут «боги», и, может быть, мы с тобой и впрямь их не поймем, обложим их матерным словом и закричим «распни их». Но не думай, однако, что быть Кустодиевым, притворяющимся рубахой-малым, - так просто. Им, как и Вейсом, надо родиться. Боги же сходят с Олимпа и не болтают, а глаголят!.. Ну, вот тебе и весь сказ! [...]

366. А.А.ТУРЫГИНУ
Москва, 27 марта 1916 г.
Вижу, вижу, что старик не скоро уймется! Вынь да положь ему «исходную точку». А того не хочет сообразить, что сколько «ищущих», столько и «исходных точек». И не больно уж много стоит такой искатель, который заранее все знает, что найдет... А ты пристаешь с ножом к горлу... к Кустодиеву - скажи да скажи, что он ищет? И удивляюсь, как он еще не послал тебя к черту с твоим любопытством!.. Ищет он внутреннего удовлетворения жажды красоты, а в чем? - в разном, в красках, в быте. Ищут ее в формах, ищут миллионами путей, через постижение личное, рефлективное - отразительное, головой, сердцем, и «сколько голов, столько и умов», и никакого «канона», тем более никакого «дважды два четыре» в поисках ни у кого нет. [...] Вот ты на Союзе испытал тяжелые минуты - поколебалась твоя твердость, стал одолевать тебя враг рода человеческого - купить или не купить пейзаж Виноградова... сотворил крестное знамение - оставил тебя лукавый, вернулся ты домой цел и невредим, без пейзажа... А бес стал приставать к самарскому купцу-мукомолу, и тот купец не выдержал - купил пейзаж, купил много еще разных картин в Питере, а приехал в Москву - забрался на Донскую и здесь был снова искушаем и купил у Нестерова «Раба божьего» за... 3000 руб. и увез его в Самару, а тот Нестеров с сентября наторговал с осени тысяч на десять. Вот оно что, все это на твоем «философическом языке» называется суетой сует, а по-нашему - все это есть «жизнь» и в ней все на потребу, на потребу и мукомол самарский. Приедет он на Волгу, да музей выстроит, да подарит его народу, и скажут мукомолу люди добрые спасибо, и враг будет посрамлен. Так-то, душа Тряпичкин.

367. Д.И.ТОЛСТОМУ
Москва, 28 марта 1916 г.
Глубокоуважаемый граф Дмитрий Иванович!
Благодарю Вас за письмо Ваше и приложенное при нем заключение о картине моей «Пр. Сергий» реставратора г. Богословского. Мнение специалиста было знать особенно интересно, но, к сожалению, ни объяснение г. Богословским причин порчи картины, ни способ ее сохранения на будущее время не кажутся мне достаточно убедительными, и вот почему: Картины «Пр. Сергий» и «Св. Димитрий царевич убиенный» (прекрасно сохранившийся) начаты и кончены мной одновременно, одновременно они и были выставлены - «Св. Димитрий» на Передвижной выставке, «Пр. Сергий» на выставке «Мир искусства». Писаны обе картины одинаковыми красками, которыми я пишу около тридцати лет, но на разном холсте.


Дальше »

Из воспоминаний Нестерова: "Школа мне нравилась все больше и больше, и, несмотря на отдаленность ее от дома и оргии, я все же первый год провел с пользой, и хотя весной и не был переведен, как думал, в натурный, но замечен, как способный, был. Уехал домой счастливый и там, незаметно для себя, выболтал все, что мы проделывали у себя на Гороховом поле. Родители слушали и соображали, как бы положить этому конец. И вот осенью, когда я с отцом опять вернулся в Москву, после совещания с Константином Павловичем Воскресенским, меня от Добрынина взяли и поместили в училищном дворе у профессора головного класса П. А. Десятова, но от такой перемены дело не выиграло. Десятое был очень стар и, в противоположность Добрынину, был женат на молодой... кормилице. Жили они тоже нехорошо. От первого брака были взрослые дети. Старик был строптив, грозен, и ему было не до нас - нахлебников. Мы жили сами по себе. И тоже большинство были архитекторы."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100