На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко

Природа и человек в творчестве Нестерова. Статья Алексея Федорова-Давыдова

   
» Первая
» Вторая
» Третья
» Четвертая
» Пятая
» Шестая
» Седьмая
» Восьмая
» Девятая
» Десятая
» Одиннадцатая
» Двенадцатая
» Тринадцатая
» Четырнадцатая
» Пятнадцатая
» Шестнадцатая
» Семнадцатая
» Восемнадцатая
Варфоломей   
В «абрамцевском» эскизе стройность композиции еще не достигнута. Старец с дубом настолько сдвинуты вправо, что соприкасаются вплотную с краем рисунка. Соответственно фигура отрока расположена не в центре, а в правой части. Старец и отрок даны в профиль. При таком изображении старца его фигура оказывается целиком скрытой мантией. Видна лишь часть лица с бородою и руки, протягивающие отроку модель церкви. На переднем плане на пригорке слева растет несколько тонкоствольных деревцев, теперь больше уравновешивающих фигуры и поддерживающих первопланность изображенной сцены. За пригорком видны поля, замыкаемые двумя холмами, симметрично расположенными справа и слева. На правом холме виден еловый лес и деревянная часовня, как бы соприкасающаяся с нимбом отрока. На левом также еловый лес и хижина перед ним. Между холмами в центре открывается прорыв в еще более далевое пространство. Луны на небе нет.
Удачнее представляется расположение фигур в варианте эскиза, опубликованном С. Глаголем в его монографии о Нестерове. Старец, изображенный в трехчетвертном повороте, отодвигается от края, так что между дубом и краем рисунка виднеется часть далевого пейзажа. Это лучше связывает дуб и старца с этим пейзажем. Отрок, обращенный к старцу, изображен почти полностью в профиль и оказывается теперь в центре композиции. Еще яснее обозначается пригорок с его травой и едва намеченная в «абрамцевском» эскизе елочка. Помещенная там перед фигурой отрока, она в этом рисунке дается сзади него и чуть ближе к переднему краю. В левой, свободной от фигур части пригорка также четче вырисовываются тонкоствольные деревца. Они останутся в дальнейших эскизах и в картине. Пейзаж за линией пригорка приобретает более сложный и конкретизированный характер. Справа и слева изображаются невысокие холмы с прорывом вдаль между ними. Этот прорыв находится как раз над головою отрока, подчеркивая, как и скрещение холмов, его центральное положение в композиции. На правом холме видны лес и церковь, левый, поросший редким леском, едва намечен. Взятый с натуры в окрестностях Абрамцева, он будет затем фигурировать в ряде эскизов и в окончательно разработанном виде войдет в картину.
Решение, очевидно, удовлетворило художника, и он повторил композицию в эскизе, написанном темперой (собрание А.В.Смолянинникова, Москва). Этот эскиз носит набросочный характер. Он красив и лиричен, писан в легкой и прозрачной гамме светло-коричневых, желтоватых и зеленых тонов.
Так был найден, так сказать, костяк, основа будущей картины. Дальнейшая работа, как она отразилась в эскизах и этюдах, заключалась главным образом в конкретизации фигур и пейзажа, в их уточнении, в поисках их большей определенности. Долго добивался Нестеров наиболее выразительного расположения фигур на переднем плане на пригорке и в их отношении к далевому пейзажу. Это делалось как для большей убедительности передачи связи человека с природой, так и для гармонии композиции.
Действительно, мы видим, что, хотя фигуры расположены на переднем плане параллельно картинной плоскости, как это требовалось задачами монументальной декоративности, они оказываются органически связанными с далевым пейзажем. Так осуществлялось создание картины, одновременно и станковой и монументально-декоративной, в которой решалась глубокая философская проблема о месте человека в природе и его отношении к ней.
Следующий эскиз маслом Третьяковской галереи представляет собою в основном разработку «абрамцевского» варианта композиции. В нем то же расположение фигуры: старец с дубом отодвинут от центра вправо и примыкает к самому краю эскиза. Он изображен в профиль. У старца более разработана одежда. Теперь схима надета поверх рясы. Такой его одежда остается и в эскизе Астраханской картинной галереи имени Б.М.Кустодиева. Лучше видно лицо старца и его протянутые влево вперед руки. Более разработан пейзаж, как первопланный, так и далевой. На первом плане, то есть на пригорке, это уже живописно написанная стебельчатым мазком трава, какою она будет и в картине, елочка дается снова перед отроком и ближе к нему. Деревца тоже обозначены более конкретно, особенно березка. Эти деревца, поддерживая, как уже было сказано, первопланность, вместе с тем вносят в этот первый план нечто, роднящее его с далевым пейзажем, и являются переходными между ним и далями. В своей хрупкости и тонкоствольности эти деревца соответствуют хрупкости фигурки отрока, как елочка подчеркивает его невинную детскость. Это соответствие разовьется в картине и приобретет символическое значение. Не говоря уже о неоднократно отмечавшемся таком значении соответствия между тонкоствольными деревцами первого плана и образом отрока, обратим внимание на такую второстепенную, казалось бы, деталь, как елочка. В картине она превращается в крохотную молоденькую сосенку. В то время как эта сосенка располагается около отрока, внизу на траве около старца мы видим корявый и старый обломанный стволик.
Детальнее разрабатывается далевой пейзаж. На втором плане за линией пригорка между фигурами старца и отрока появляется изображение пашни с уже убранным хлебом, а за нею на третьем плане рощица и с краю ее снова старинная деревянная церковь, которая соприкасается с золотым нимбом отрока. Во всю длину второго плана расстилается луг, постепенно расширяясь влево начиная от фигуры старца. Он замыкается в левой части еловым лесом, заменяющим теперь намечавшийся ранее холмик абрамцевского пейзажа. Внизу под лесом видны избушки, а в середине в прорыве обозначены домики деревни. Еловый лес взят, очевидно, из первого «абрамцевского» варианта эскиза. Как и там, мы можем заметить симметрию в расположении боковых холмов и то, что оба они изображаются покрытыми густым лесом. Такая симметрия понадобилась Нестерову, возможно, для того, чтобы уравновесить ставшую неуравновешенной, из-за сильной сдвинутости фигур вправо, композицию.


продолжение »

Немного социально-ориентированной рекламы:
•  Вниманию новинку настольная пивная башня. . Конец рекламного блока.

Из воспоминаний Нестерова: "И мы инстинктом поняли, что можно ждать, чего желать и что получить от Перова, и за малым исключением мирились с этим, питаясь обильно лучшими дарами своего учителя... И он дары эти буквально расточал нам, отдавал нам свою великую душу, свой огромный житейский опыт наблюдателя жизни, ее горечей, страстей и уродливостей. Все, кто знал Перова, не могли быть к нему безразличными. Его надо было любить или не любить. И я его полюбил страстной, хотя и мучительной любовью... Перов вообще умел влиять на учеников. Все средства, им обычно употребляемые, были жизненны, действовали неотразимо, запечатлевались надолго. При нем ни натурщик, ни мы почти никогда не чувствовали усталости. Не тем, так другим он умел держать нас в повышенном настроении."



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100