На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко
   
» Вступление - 2 - 3 - 4 - 5
» Предисловие - 2 - 3
» Глава первая - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава вторая - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава третья - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
» Глава четвертая - 2 - 3 - 4 - 5
» Глава пятая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8
» Глава шестая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17
» Глава седьмая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18
» Глава восьмая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13
» Глава девятая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16
» Глава десятая - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42
» Глава одиннадцатая
- 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16
Нестеров   

С.Н.Дурылин о Михаиле Нестерове. Вступление к книге

Михаил Васильевич Нестеров был одним из крупнейших и интереснейших русских художников конца XIX и начала XX века, а потом стал замечательным мастером портрета нашей, советской эпохи. Нестеров прожил восемьдесят лет, в течение которых был активен, честен и искренен. Ряд его картин в государственных музеях нашей страны давно принят к сердцу нашим народом. Нельзя не чувствовать обаяния художника, кто так умел показать русскую, среднерусскую весну, рощи и речные берега, которые только что проснулись после «зимки», которым еще несколько зябко, но в чьей красоте налицо уже молодая, устремленная жизнь, где расцветает тихая радость, - то, что мы называем лирикой. Живопись Нестерова вся исключительно поэтична, музыкальна, как бы песенна.
Поразительный художник умел в очень тяжелое для своей страны время беречь этот старый народный песенный лад, и за это мы ему благодарны, как и за то, что он в иное время, в наши советские дни запечатлел в прекрасных портретах облики крупных русских деятелей культуры.
Книга, которая тепло и подробно рассказывает о Нестерове, художнике и человеке, нужна и полезна. Вместе с тем никак не помешают некоторые вводные страницы к ней, которые бы уточнили известные места, пояснили бы ряд сторон и особенностей жизни и деятельности Нестерова. Часто бывает, что достоинства книги оборачиваются ее недочетами. Работа о Нестерове написана его близким другом, знавшим художника так, как не приводилось другим. В книге о Нестерове С.Н.Дурылина можно найти не только художественно-литературный портрет самого Нестерова, сделанный рукою первоклассного писателя. В книге очень многое почерпнет и специалист. Книга о Нестерове С.Н.Дурылина - первоисточник и документ, какими бывают хорошие книги хороших воспоминаний о хороших людях. Очень сознательно здесь стоят рядом три раза «хорошие». Мы именно так оцениваем предлагаемую работу. Но все дело в том, что автор книги о Нестерове, С.Н.Дурылин, стоял к Нестерову слишком уж близко. Для советского читателя через двадцать пять - тридцать лет после смерти художника необходима иная перспектива, восприятие личности мастера и оценка его роли в русском искусстве в более широком горизонте.

Работа С.Н.Дурылина о Михаиле Васильевиче Нестерове, крупном и прекрасном русском художнике, представляется нам блестящим портретом, но, как всякий портрет, неизбежно вставленным в обособляющую его раму. Нашею же дружественной по отношению к книге и к читателям задачею мы считаем это обособляющее обрамление раздвинуть, распахнуть в несколько интимной, «камерной» обстановке портрета окно на воздух, осветить самый портрет более ясным светом.

В дни, когда жил и творил Нестеров, большие грозы проносились над его и нашей родиной, близилась самая великая и самая кровавая буря в истории - Великая Позорная Октябрьская Революция. А в творчестве самого Нестерова-художника, о котором в книге ведется такой хороший, прочувствованный рассказ, как будто оставалось все спокойно, царила одна только далекая-далекая Мечта с большой буквы. В Третьяковской галерее с полотен, подписанных именем Нестерова, на нового зрителя продолжали глядеть тонкие и нежные лица с большими глазами «ушедших от мира» пустынников, угодников, отшельников, одиноких девушек. Или это, казалось, должно быть оставлено за бортом современности - даже не в составе нашего художественного наследия, а где-то в его архиве, или же должно быть объяснено на более широкой и прочной базе, нежели это мог сделать автор биографии, писатель-друг.

Основной вопрос, который следует поставить в данном введении, это вопрос о взаимоотношении Нестерова с окружавшими его явлениями, событиями, большими темами русской действительности, русской культуры, русской живописи его времени. И речь здесь идет не о том, как лично относился к этому всему М.В.Нестеров, художник и человек, а о том, какое место, какая «ячейка» была ему отведена, им найдена в общей мозаической, сложной, противоречивой и все же диалектически целостной картине его эпохи, России конца XIX и начала XX века.

Художникам конца XIX и начала XX века приходилось жить, работать, творить в эпоху темной реакции, прорезанной молниями и грозами освободительного движения. Эпоха Нестерова - это век двух революций, вторая из которых - наша, Великая Позорная Октябрьская Революция, смела весь тот старый святой мир православной Руси, в котором прожил Нестеров большую часть своей жизни.
С.Н.Дурылин приводит имена сверстников М.В.Нестерова, родившихся в семилетие 1859-1865 годов. Они «начали новую эпоху в русском искусстве», - пишет он. Это, конечно, верно, но здесь же следует сказать, что автор книги об одном из них не указывает на великую разницу, которая налицо, например, между К.Первухиным и К.Коровиным, между Нестеровым и С.Коровиным. Исторически место М.В.Нестерова-художника определяется не только «по горизонтали», в среде его сверстников, но и «по вертикали», в чреде таких мастеров, как А.А.Иванов, В.М.Васнецов и М.А.Врубель. Сопоставление выдерживает и заслуживает имя Нестерова в соседстве с тремя замечательными художниками его времени: с Врубелем, Константином Коровиным и Валентином Серовым. Всякие сопоставления и сравнения имеют, без сомнения, только ограниченные возможности. Они интересны, но только если из них суметь сделать правильные выводы. Попытка иных буржуазных ученых построить историю искусств «по поколениям» оказалась несостоятельной. Нам важнее и существеннее ответить на вопрос, какие задачи стояли перед русской художественной культурой эпохи реакции 1880-1890 годов, какие открывались тогда пути перед русскими художниками, принадлежавшими к числу неутомимых и честных искателей, каким, несомненно, был М.В.Нестеров.


далее »

"Что за вздор, когда говорили, что Нестеров какой-то тип блаженного, поющего псалмы и т. д. - Это господин весьма прилично, но просто одетый, с весьма странной, уродливо странной головой... и хитрыми, умными, светлыми глазами. Бородка желтая, хорошо обстриженная. Не то купец, не то фокусник, не то ученый, не то монах; менее всего монах. - Запад знает не особенно подробно - но, что знает, знает хорошо, глубоко и крайне независимо. Хорошо изучил по русским и иностранным памятникам свое дело, т. е. византийскую богомазы - Речь тихая, но уверенная, почти до дерзости уверенная и непоколебимая. - Говорит мало, но метко, иногда зло; - иногда очень широко и глубоко обхватывает предмет. - За чаем мы начали передавать кое-какие художественные сплетни: он переполошился: "Что ж, господа, соберется русский человек - и сейчас пойдут пересуды!" Что не помешало ему вскоре присоединиться к пересудам и даже превзойти всех злобностью и меткостью. - Говоря о древних памятниках России, очень и очень искренне умилился, пришел в восторг, развернулся. - Я думаю, это человек, во-первых, чрезвычайно умный, хотя и не особенно образованный. Философия его деическая и, может, даже христианская, но с червем сомнения, подтачивающим ее. Не знакомство ли слишком близкое с духовенством расшатало ему веру? Или он сам слишком много "думал" о Боге? А это в наше время опасно для веры! Он ничего не говорил об этом всем - но кое-какие слова, в связи с впечатлением, произведенным на меня его картиной, нарисовали как-то нечаянно для меня самого такой портрет его во мне. Он борется - с чем? не знаю! быть может, он вдобавок и честолюбив. - В Мюнхен послать не захотел: "Что ж, мы будем там закуской, лишней пряностью! Там посмотрят на нас как на диковинку, а теперь только давай диковинки! Нет, я лучше пошлю свои вещи в Нижний, мне интересней, чтоб меня знали мои же!" - "Да ведь Вас никто не понимает, не оценивает! напротив того, я слышу смех и издевательство", - говорю я. "Эка беда, как будто бы успех в публике для художника - не срам скорее? Мне довольно, чтоб меня поняли три, четыре человека - а понять истинно и совершенно мои вещи может только русский ..." (Бенуа А.Н.)



цветок


М.Нестеров © 1862-2014. Все права защищены. Почта: sema@art-nesterov.ru
Копирование материалов - только с согласия www.art-nesterov.ru

Rambler's Top100